КАТИН БЛОГ: Самая Важная Встреча

Привет, мои дорогие!

Кажется, ещё вчера я тут жаловалась вам на то, что мне «всё надоело и хочется поскорее уже», а уже сегодня моя маленькая принцесса отмечает первый важный праздник – Марте уже целых 7 дней!

Но сегодня я вам всё-таки расскажу длинную историю про ту Самую Важную Встречу – встречу с моей долгожданной Мартышкой.

Итак, 23 мая 2014 года...

Проснулась я в весьма непонятном настроении, несмотря на то что этой ночью мне удалось выспаться. Относительно, конечно, но всё же лучше чем до этого. К половине девятого проснулся Алекс, забрался ко мне в кровать, и мы понежились ещё минут пятнадцать. Надо заметить, что мой сын был чрезвычайно нежен ко мне – обнимал за шею, гладил по голове, целовал в щёчку (обычно он не позволяет себе столь телячьих нежностей со мной). Мы встали, оделись и пошли готовить завтрак. Заскочив умыться, я почувствовала, что опять появились выделения, которые на этот раз были с алыми прожилками крови. Меня этот факт расстроил, потому что больная фантазия врача-недоучки уже рисовала страшные картин преждевременного отслоения плаценты и другие ужасы акушерства.

Я позвонила сначала в юрмальскую больницу, где меня спокойно выслушали и посоветовали явится на досмотр, ой, то есть, осмотр. После звонка мужу я расстроилась совсем: он сообщил мне, что если это как в прошлый раз, то он может быть не раньше чем через час. Нет, его, конечно, можно понять – только на этой неделе я срывала его с работы два раза с промежутком в один день, в панике со слоганом «Рожаю!!», и оба раза была ложная тревога.

В общем, разобидившись я сказала, что тогда поеду на такси, но остыв, через какое-то время, мы пришли к обоюдному согласию созвониться через час.

Час прошёл, изменений в моём состоянии, как и новых выделений, не было, поэтому я дала отбой и с относительно спокойным сердцем занялась своими делами.

Ещё через пару часов меня стал напрягать тот факт, что малышка очень мало шевелиться, не реагируя даже на раздражители в виде почёсывания живота. Да и тренировочные схватки продолжались с завидной регулярностью, однако сильнее не становились, как бы мне этого ни хотелось. После двух часов дня, уложив сына спать, я села за блог. Когда блог был готов и выставлен в сеть., стрелки часов показывали уже три. И опять выделения. Опять алые.

Так, всё! С меня хватит неизвестности! Я хочу в больницу! Чтобы поставили послушать тоны и я убедилась, что всё в порядке, если я опять паникую без причины.

Я позвонила мужу и в весьма ультимативной форме сказала, что нам надо ехать. Он согласился, но с условием, что я договорюсь с кем-то, кто посидит со старшим. Не вопрос! Я позвонила своей бабушке и сообщила, что мы хотим ехать в больницу.

Примерно через полтора часа все были в сборе. Поскольку на этот же вечер была запланирована встреча с родственнивами с дочкой в Юрмале на детской площадке, то я решила совместить, так сказать, приятное с полезным и ехать всем вместе на встречу, но через больницу.

Приехав на место, мы отправили бабушку гулять с правнуком, а сами пошли по уже столь знакомым коридорам больницы в родильное отделение.

В отделении нас встретила врач, что смотрела меня за два дня до этого и констатировала отхождение «пробки». Завидев её, муж заулыбался и сказал:

- Мы, кажется, опять к вам!

На что она улыбнулась в ответ и ответила:

- Сейчас посмотрим!

Вслушав мои жалобы и опасения, врач осмотрела меня на кресле. Ещё не услышав долгожданного «В этот раз вы домой не поедете!», я поняла по атмосфере в кабинете – дождалась!

Ура!! Или не ура? Смутно понимая, что же я чувствую, я лежала и смотрела на врача, которая приветливо улыбалась. Когда сидящему в коридоре мужу сообщили эту весть, я всеми фибрами души почувствовала, как он растерялся от этой новости так же, как и я.

- Сейчас мы спустим воды и процесс пойдёт быстрее, - сказала она.

Акушерка принесла такой а-ля крючок для вязания, только оооочень длинный. Врач немного потыкала им в меня, и из меня хлынул горячий поток.

- Так, со скольки у нас болит? (я мычу что-то, что типа тянет) С полчетвёртого? (я мычу «примерно») Вторые роды? (я только киваю в ответ) Ну, тогда... /взгляд на часы на стене/... тогда до восьми должна родить.

Ага, ну, конечно! Обычно, когда так говорят, всё, наоборот, затягивается.

Потом были тоны, во время которых малышка стала икать, стукаясь каждый раз о датчик, что создавало ритмичный «бум-бум-бум». А я лежала, смотрела в потолок, сочиняла текст сообщения, чтобы запустить роды-онлайн и жалела, что не попросила дать мне телефон, чтобы сразу отправить эти остроумные строчки.

Пока писались тоны, схватки стали чуть сильнее. Я смотрела на монитор КТГ, который показывал силу этих схваток, и гадала, смогу ли я вытерпеть, когда схватки станут сильными и давление поднимется до 100-120 мм ртутного столба, если при 56 мне уже неприятно.

Тоны записаны, и акушерка спрашивает, дать ли мне ночную рубашку, во что переодеться, чтобы идти в палату. Я сначала ответила, что у меня своя, но потом согласилась взять больничную, потому что моя рубашка была в сумке, а сумка – за дверью. Ну, не щеголять же мне с голой попой по отделению, правда?

И вот наша троица – акушерка, муж и я с одноразовой пелёнкой между ног – дошла до палаты. Акушерка показала всё в палате и велела в «случае чего» звонить им по телефону. Затем она удалилась, а мы с мужем остались. По лицу моего благоверного было видно, что он растерян, потерян и вообще выбит из колеи. В общем, надавав ценных, на моё усмотрение, указаний, я со спокойной душой отправила мужа отвезти домой сына и бабушку. Он ещё немного посомневался, но уехал.

Только он за порог – телефонный звонок от наших родственников: мол, мы выезжаем, вы где? Смеясь, отвечаю, что мы-то в Юрмале, но нам не до прогулок, потому что я вообще рожаю. В ответ слышится тоже смех и пожелания удачи.

На часах около шести.

Блин, надо же подгузник одеть, чтобы не ходить с этой пелёнкой. Начинаю искать – тут нету, тут – тоже нету. Ага, вот он! Иду в ванную и как герой пытаюсь надеть его стоя. Одна нога вдета, и тут начинается схватка! Зажав подгузник между ног, пытаюсь дышать, но получается слабо, поскольку меня одолевает почти истерический хохот от самой ситуации. Схватка проходит, я продолжаю смеятся и таки надеваю несчастный подгузник.

Схватки нарастают, я дышу. Нашла позу на кровати, в которой расслабляются мышцы спины (про этот приём я читала в какой-то статье) и схватки становятся менее болезненными. Параллельно я пишу смс и отправляю е-мейлы для репортажа роды-онлайн. Плюс звоню и пишу смс всем родственникам и друзьям о том, что мы-таки дождались.

На часах без трёх минут семь.

Звонит бабушка и с волнением рассказывает, что Алекс погулял, поел и что муж уже скоро будет со мной и привезёт мне бананы – они просто заехали за едой по дороге домой.

Кладу трубку и понимаю, что – тужит меня, тужит! Добираюсь до телефона – так, что там надо набрать? 333?

- Алло, меня, кажется тужит.

- Сейчас иду.

На часах семь и три минуты. Приходит акушерка, берёт пакет с одеждой для новорожденного, второй подгузник и зовёт меня с собой в родзал. Мы идём в родзал. Она спрашивает, могу ли я идти; я улыбаюсь и отвечаю, что пока нет схватки, то да.

Заходим в родзал. Здесь всё как почти 2 года назад! Не успевают слёзы умиления навернуться на глаза, как акушерка заботливо стелит пелёночку на кушетку, велит снять подгузник и прилечь. Кряхтя и пыхтя как старая кошёлка, я укладываюсь на кушетку.

- Ого! Практически полное раскрытие. Хотя нет – полное! – констатирует акушерка. И добавляет, - ложимся на бочок, ноги повыше, дышим на схватку, стараемся не тужится. А вообще – если не успеем застелить кресло, будем рожать тут, в кровати.

Нормально! Это, конечно, с одной стороны, необычно и прикольно, а в другой стороны – ненен, я хочу в кресло, вернее, НА кресло!

- А чего так быстро? – задаю я глупый вопрос.

- А как ты хотела? – задорно отвечает мне появившаяся словно из ниоткуда врач. – Вторые роды, шейка тонкая. Всё проходит быстрее. Кстати, муж Ваш где? Не успеет же...

- Не страшно, - бормочу я.

- Ногу выше, - это акушерка словно пытается проверить преде моей гибкости. Закидывая мою ногу куда-то за ухо.

- Больно! – морщусь я. – Только это не схватка, а судорогой попу сводит.

- Это хорошо, - отвечает она. – Так должно быть. Это значит, что головка опускается. И если схватка, старайся продышать.

- Ну, ладно, - смиряюсь я и закидываю-таки ногу почти за ухо. Короткая судорога, и начинается схватка. Почти не больно, только вот тужит. Я дышу. Всё.

- После этой схватки идём на кресло, - предупреждает акушерка.

Идём, так идём. Встала и пошла. Ну, как «пошла»? Бочком так, бочком, согнувшись в три погибели и кряхтя.

Посадили, значит, мою тушку на кресло. Семь десять на часах.

- Ножки сюда, - помогает акушерка. – Будем вытуживать.

И раз! Так, ну, ладно, первый блин комом. Бывает. Ещё одна попытка – и два!

- Хорошо! Вижу головку! – это акушерка.

- Так, сейчас будет неприятно, - предупреждает врач. – Это головка идёт.

Неприятно! Вот это слово! Не то чтобы больно, скорее, ооооочень неприятно, жгуче. Терпеть – говорю я себе, но тело предательски начинает дрожать.

Ну, где же схватка?..

Врач теребит рукой мой становящийся дряблым живот. Ура! Схватка!

- Давай, давай! – подбадривает акушерка. – Ещё немного!

Ээх, поднажали! В последний раз, как никак.

- Ооо, да у нас двойное обвитие! – то ли радостно, то ли удивлённо восклицает врач.

Я приподнимаюсь – мама дорогая! Да она же синяя! И двойной жгут пуповины вокруг шеи.

- Давайте-ка снимем бусы с нашей принцессы, - предлагает акушерка и быстренько разматывает пуповину.

Мою синюю красотульку кладут мне на живот, прикрывают пелёнкой. А я лежу, смотрю на неё и не могу сдержать улыбки. Вокруг меня суетятся люди, а я лишь слушаю сопение маленького носика и не могу перестать улыбаться: так вот ты какая... Марта...

Стоп! Подождите! А Марта ли это?..

 P.S. – продолжение следует...